— Пятнадцать человек — пятнадцать образов в коллекции бренда Misha'Lе. У кого-то платье, у кого-то комплект из верха и низа — две вещи. Так и получается, что в коллекции выходит порядка 30–35 единиц.
— Коллекцию Вы придумываете постепенно, по одному образу, или сразу целиком?
— Допустим, в этой коллекции всё началось со старого павловопосадского платка — я нашла его на барахолке, и он меня так зацепил! Сразу пошла тема с платком: сделала из него принты, придумала крылья. Сначала сложилась одна картина, потом следующая — так и рождается коллекция.
— Но у неё же нет сквозного сюжета. Вы берёте разные возрастные группы. Как тогда выстраивается линия коллекции?
— Не могу чётко объяснить — сугубо творческий процесс. Я вообще всегда шью, неважно, для коллекции или просто для обновления капсулы. Например, сарафан в полоску — я из этой ткани сделала шесть изделий, это не для коллекции.
Сейчас все одеваются будто из одного инкубатора: всё одинаковое, одно и то же. Иногда даже на одном мероприятии встречаются дамы, одетые в одно и то же платье. Согласитесь, неприятно? Потому что это скрадывает оригинальность, делает их похожими друг на друга, сложно отличимыми.
А у нас индивидуальная работа, мне хочется, чтобы одежда отражала внутренний мир человека. У меня есть партнёрская фабрика, она берёт минимальные заказы — примерно от 20 единиц. Но в эти 20 входят разные модели: скажем, пять брюк одного фасона, пять — другого и так далее. Все модели разные. Зачем мне сто одинаковых брюк? Это снова будет инкубатор.
— Сколько времени уходит на пошив? Например, на платье?
— Всё зависит от сложности. Какое-то платье можно сшить за вечер. А могу отшить сразу пять футболок. Но тут своя сложность: майка голубая, следующая синяя, потом розовая, красная — постоянно приходится менять нитки в машинках, и на это уходит уйма времени. Ещё пробуешь новую ткань — смотришь, подойдёт ли. Бывает, фактура не ложится: нужно поменять иголку, взять нитки потолще или потоньше. Стараюсь оптимизировать процесс, упрощать его.
Сейчас на показах бывает так: один выходит в трусах с пером на голове, следующий — в каком-то непонятном платье… И думаешь: это вообще коллекция или что? Вечерняя линейка — это понятно, её не каждый день наденешь, она для выхода. Но повседневная одежда должна быть носибельной: человек должен иметь возможность сойти с подиума и пойти в этом на работу, на свидание — куда угодно.
— Есть ли у вас любимый цвет и фактура материала?
— Предпочитаю хлопок, лён, вискозу. Вискоза особенно хороша: в ней комфортно даже в сильную жару, она очень нежная. Ещё люблю сезонные ткани. Прежде чем шить, любую ткань обязательно стираю и глажу.
Мои любимые цвета — чёрный, белый и красный.
Чёрный для меня — про строгость, дисциплину и безопасность. В нём любая вещь смотрится дороже. Белый ассоциируется с изысканностью, он меня успокаивает. А красный — это огонь: он буквально зажигает, подталкивает к новым идеям.
— Вас вдохновляют работы художников?
— Конечно. Все дизайнеры время от времени ходят в музеи или на выставки. Я слежу за творчеством своих коллег из Союза художников. Среди них есть мастера разных направлений, включая скульпторов, и их работы тоже дают импульс. Ещё очень вдохновляет классическая музыка. Например, эта коллекция родилась из «Вальса цветов». Включила — и сразу пошли цветы, цветы… Такое творческое сумасшествие мне близко, хотя из чистого безумия редко удаётся сделать что-то конкретное.
.jpg)
— А люди могут быть источником вдохновения? Скажем, пообщались с кем-то и понимаете: вот под эту девушку или мужчину хочется создать отдельный образ.
— Бывает. Иногда в метро или на улице встретишь необычного, креативного парня — и думаешь: «Вот это круто!» Или человек ярко расскажет какую-нибудь историю. У меня много интересных творческих клиентов, они часто делятся идеями, советуют, куда съездить, что посмотреть. Есть среди знакомых и паломники — люблю ездить по святым местам.
В моменты, когда создаёшь коллекцию, ты будто немного сумасшедший. Кажется, что не успеешь, порой от усталости не спишь ночами. Торопишься, живёшь в этой творческой эйфории, не замечая времени и всего, что происходит вокруг. В какой-то момент ловишь себя на мысли: «Всё, я устала, хочу отдохнуть». Но как только начинаю отдыхать — начинаю болеть. Получается, я просто не умею быть в состоянии покоя.
Шить начала ещё до школы — никто не учил, не показывал, тогда ведь не было ни интернета, ни обучающих роликов. Обмётывала швы на куклах. Потом училась, родила, пришлось пойти работать в детский сад. Получила второе образование — стала педагогом-дошкольником — и проработала там десять лет. Это были по-настоящему счастливые годы: я там так творчески раскрылась!
Шила костюмы для праздников, придумывала сценарии, играла роли. Вместе с детьми писали необычные картины, совмещали рисование с развитием речи. Вы не представляете, какие удивительные истории малыши сочиняли про обычную кляксу, в которой, казалось бы, ничего не разглядеть! Лепили птичек, делали оригами, раскрашивали. Одна мама рассказывала, как её дочка просила: «Мама, ты съела конфету — дай фантик, не выбрасывай! Я отнесу в садик, нам для поделок нужно». Дети приносили каждую пуговку, каждый фантик. Мы собрали огромное «Райское дерево»: налепили туда фантиков, цветной бумаги, посадили птичек из оригами… К сожалению, фотографий не осталось.
Всё это — декоративно-прикладное искусство, и оно научило меня терпению и выдержке. А ещё показало, что источником вдохновения может стать буквально что угодно.
Так, например, появилась одна из коллекций, связанная с детьми. Как-то попросили взять на показ ребёнка. Мы с ним сдружились, познакомились с его мамой. И я вдруг подумала: а что, если дети нарисуют прямо на ткани? Дала им ткань и акриловые краски: один рисунок, второй… На первом была птичка, такая простая, но в ней уже жила своя история.
— Так и родилась коллекция «Калейдоскоп»?
— Совершенно верно. Эту коллекцию мы делали специально для солнечных моделей — и знаете, в ней как раз и раскрылась вся моя идея про индивидуальность. Каждый рисунок — своя цветовая гамма, своё настроение. И вот эти живые картинки легли на костюмы, и получилось, что каждый наряд будто подчёркивает характер своего героя. Как в калейдоскопе: крутанёшь — и новый узор, яркий, неповторимый.
Мы показывали «Калейдоскоп» на разных площадках: и на Volga Fashion Week, и в Доме моды Estet, и на Golden Fashion Week в Немчиновке. Там ведь и опытные ребята, которые уже не первый год на подиуме, и те, кто только делает первые шаги. И вот что меня каждый раз до мурашек трогает: когда они выходят, светятся от счастья, а мамы тихонько вытирают слёзы. Потому что мамы-то лучше всех знают, сколько труда вложено в каждую улыбку, в каждую красивую походку, в то, чтобы мандраж перед софитами и громкой музыкой не взял верх.
Для меня эта коллекция — про то, что красота бывает разной, и сила — в том, чтобы не прятать эту разницу, а показывать. Пусть каждый будет как свой собственный узор в калейдоскопе — неповторимый. И когда зрители встречают каждую модель аплодисментами — это самое дорогое. Значит, мы всё сделали правильно.
— Какой Вы видите свою главную миссию как дизайнера?
— Когда я начинала, мне казалось, что главное — создавать красивую одежду. Но с годами пришло понимание: я создаю не просто вещи. Я создаю возможность для человека быть собой.
Красота не в том, чтобы соответствовать. Она в том, чтобы быть. И если моя одежда помогает в этом — это и есть моя главная миссия. Создавать пространство, где каждый может быть собой. Без страха и масок.
